AlterMedicine

Первое кругосветное плавание (1519–1522), одно из величайших свершений человека в познании окружающего мира, мы часто называем плаванием Магеллана. Однако самому Фернану Магеллану (1480–1521) не удалось завершить его: он погиб в стычке с туземцами на острове Мактан (Филиппинские острова). По горькой иронии судьбы, почести и награды за первое кругосветное путешествие вначале выпали на долю тех, кто делал все возможное, чтобы помешать Магеллану совершить его бессмертное деяние. Слава Магеллана поначалу досталась Себастьяну дель Кано – капитану «Виктории», единственного из пяти кораблей возглавляемой Магелланом эскадры, завершившего кругосветное плавание. А ведь именно дель Кано был одним из трех капитанов, поднявших мятеж против Магеллана, одним из тех, кто всех ожесточеннее пытался подорвать дело жизни великого португальца. Наград удостоился даже капитан Эстебан Гомес, дезертировавший в Магеллановом проливе и на суде в Севилье показавший, будто найден был не пролив, а всего лишь глубокая бухта. Правду о том, чьим творением и чьей заслугой явился великий подвиг первого кругосветного плавания, человечество узнало лишь благодаря Антонио Франческо Пигафетте (1491–1534). Этот итальянец из города Винченцы был сверхштатным участником экспедиции. Во время плавания он вел дневники, а по возвращении с бескорыстной преданностью встал на сторону навсегда умолкшего Магеллана. В своей знаменитой книге «Впервые вокруг света» (в русском переводе – «Путешествие Магеллана») Пигафетта подробно поведал миру о действительных обстоятельствах экспедиции, в том числе о почти нечеловеческом упорстве, которое пришлось проявить ее руководителю, чтобы осуществить цель своей жизни. В обращении к магистру Родосского ордена, которому посвящена эта книга, Пигафетта обрисовал личность Магеллана следующими словами: «Я надеюсь, что слава столь благородного капитана уже никогда не угаснет. Среди множества добродетелей, его украшавших, особенно примечательно то, что он и в величайших бедствиях был неизменно всех более стоек. Во всем мире не было никого, кто мог бы превзойти его в знании карт и мореходства. Истинность сказанного следует из того, что он совершил дело, которое никто до него не дерзнул ни задумать, ни предпринять».